Элемент хроники
digitaldem
добавил публикацию

Более половины граждан России считают целесообразным как можно раньше обучать детей базовым знаниям в области финансовой грамотности. Такие данные следуют из опроса, проведенного недавно РГС Банком.

В материалах говорится, что порядка 51% граждан выступают за раннее обучение — в дошкольном или младшем школьном возрасте. Пятая часть опрашиваемых выступают за включение обучающей программы такого рода со средней школы, 18% — в старшей школе и лишь 11% — в вузе.

Интересен также тот факт, что сами взрослые оценивают свой уровень финансовой грамотности невысоко: двое из каждых трех опрошенных хотели бы пройти дополнительное обучение по финансовой грамотности. Наиболее актуальной проблемой россияне видят планирование собственного бюджета. Обучение инвестированию личных накоплений граждане считают наименее приоритетной задачей.

В некоторых российских школах уже ввели уроки финансовой грамотности. Ее преподавание с 1-го по 9-й класс закреплено в новых федеральных государственных стандартах начального и основного общего образования. Насколько необходимо преподавание основ финансовой грамотности в школах и не только, и какой формат интеграции этого процесса в образовательную систему мог бы стать наиболее эффективным — рассуждают члены Высшего координационного совета Партии прямой демократии.


Фото: Инстаграм Администрации Липецкой области

Борис Чигидин. Каждый финансово неграмотный несчастлив по-своему

Мне довелось много лет отвечать в крупнейшем платежном сервисе среди прочего за работу с обращениями, жалобами, претензиями и исками населения. Граждан, пострадавших от дефицита самой базовой финансовой грамотности, через меня за эти годы прошли сотни.

Одни несли последние (а когда и заемные) деньги в трейдинговые проекты с оффшорных островов, абсолютно легальные, но не имеющие в России офиса, куда можно обратиться с претензией, и честно сообщающие в пользовательском соглашении, что все споры разрешаются судом и по закону соответствующей банановой державы.

Другие вляпывались в неприкрытые финансовые пирамиды, не смущаясь тем, что переводят деньги не «организации» с красивой вывеской, а на кошелек или карту физического лица (или даже не замечая этого). Третьи в одночасье проигрывали сотни тысяч или миллионы на форексе, в том числе с кредитным плечом в несколько сотен единиц. Четвертые, тоже не замечая, что фактически платят физлицам, попадались на убедительно выполненные имитации сайтов финансовых организаций, с которыми стремились вступить в отношения.

Пятые верили, что вправе требовать чарджбэк, то есть оспаривать оплату картой торгово-сервисному предприятию, по переводам физлиц между собой, или не в том банке, чьей картой платили, или по операциям оплаты электронным кошельком либо вовсе наличными. Шестые, которым просто нет числа, претерпели предсказуемые последствия некритичного отношения к звонкам от «службы безопасности Сбербанка». Седьмые (очень бодрый пенсионер) совершали через наш сервис предоплату в пользу гулящих девок, а потом предъявляли нам исковые требования, основанные на неоказании чаемых услуг и еще на наличии у истца статуса ветерана труда.

Были и восьмые, и девятые, а если хорошенько покопаться в памяти, то и двадцатые. Объединяли их всех две вещи: грубейшая неосмотрительность при распоряжении своими деньгами и вера, что в наступивших последствиях виноваты не сами граждане, а кто-то внешний. В нашем случае — мой платежный сервис, исполнявший их распоряжения о переводах в строгом соответствии с их содержанием, но из года в год оказывающийся адресатом десятков требований одно невообразимее другого (разумеется, гарантированно и с полным основанием отклоняемых судами, финансовым омбудсменом или самим сервисом). И эта коллекция еще заведомо и сильно неполна, поскольку деятельности по предоставлению кредитов и микрозаймов мы никогда не вели — а если начать исследовать образцы поведения огромного процента населения в этой области, перед наблюдателем разверзнется натуральная бездна. Микрозайм на оплату процентов по другому микрозайму здесь сойдет за типичнейшее, но еще далеко не самое дикое явление.

Это вступление было иллюстрацией к тезису, не нуждающемуся в особых аргументах: уровень финансовой грамотности многих десятков процентов населения иначе чем пещерным назвать невозможно. Масштаб бедствия, который давно пора исследовать прицельно и тщательно, силами как социологов, так и антропологов, выглядит угрожающим не только макроэкономической динамике, но и политическим устоям. Заход на майдан, «мясо» на который скликают в том числе под лозунгом аннулировать кредитные и микрофинансовые долги, представляется вопросом даже не времени как такового, а подходящего повода и контекста.

Очевидно, что перед обществом и государством — серьезная проблема. Очевидно, что она не может быть решена по щелчку пальцев, планомерной и систематической работы здесь не на годы, а на десятилетия. Очевидно, что никаких внятных альтернатив поголовному прививанию азов финансовой грамотности в школе (мера недостаточная, но абсолютно необходимая — особенно с акцентом на поголовный охват одной возрастной когорты за другой) нет и не предвидится. Тем насущнее вопрос интенсивности и качества общественной дискуссии по вопросу, на каких началах эта подача для школьников должна быть организована практически.

Хорошо, что трибуну для очередного такта этой дискуссии предоставила «Российская газета». Куда менее хорошо наполнение этого такта — как по содержанию, так и по его методологическим основам, живейше напоминающим предпосылки к принятию в 1936 году постановления ЦК «О педологических извращениях в системе наркомпросов».

Кандидат педагогических наук А. Адамский, соглашаясь, что давать школьникам финансовую грамотность надо непременно, категорически отрицает, что делать это надо в рамках образовательной программы и классно-урочной системы. Потому что:

1) «стоит… начать навязывать, произойдет отторжение»

2) учить детей принудительно, чему угодно, будь это физика, математика или информатика с цифровыми технологиями — консервативно-архаичный подход, поскольку невольник не богомольник;

3) полвека назад Шалва Амонашвили водил первоклашек на почту, «чтобы они почувствовали, как устроен взрослый мир».

Вместо этого предлагается:

— устраивать занятия в банке или иной финансовой организации,

— погружать там детей «в реальную деятельность, детские финансовые проекты, по аналогии с производственными бригадами»,

— и чтобы дети не писали контрольных работ по финансовой грамотности, а представляли к публичной защите какой-то финансовый проект.

Чем по определению характерно любое прекраснодушие: оно не выдерживает наималейшей примерки к реальности.

Где напастись столько финансовых организаций, чтобы более или менее одновременно устроить экскурсию по ним 1,7−1,8 миллиона, допустим, девятиклассников. На чем должна быть основана обязанность финансовой организации эти экскурсии принимать — а если такую обязанность не предусматривать, то какие есть основания полагать, что добровольно добавить себе головной боли согласится хоть одна. Сколько времени понадобится ребенку, чтобы получить сколько-нибудь целостное представление хотя бы об одном изолированном участке работы — особенно зная, что у взрослых специалистов на первичное освоение таких участков уходят в лучшем случае недели. Чьими силами имеется в виду давать детям это представление — и если силами кадров финорганизаций, то на каком правовом основании, а также когда им заниматься своими прямыми обязанностями, а если чьими-то другими — то откуда у этих других возьмутся компетенции. Предполагает ли «финансовый проект» (слова, за которыми в реальном мире стоят сотни, если не тысячи, человеко-часов высококвалифицированных специалистов множества разных профилей) реальное движение денег и, допустим, оказание конкретных услуг — и если да, то на кого персонально возложим предельно предсказуемый финансовый и, хорошо, если не уголовный, результат, а если нет, то не осмысленнее ли вылепить этот проект в песочнице ведерками и формочками. Каким образом у ребенка по итогам экскурсий, или проекта, или того и другого вместе инсталлируются хотя бы несколько десятков весьма разнообразных по содержанию пониманий и навыков, совокупность, вернее, система которых образует даже самую базовую версию финансовой грамотности.

Продолжать задавать такие вопросы (не только в ширину, но и в глубину, в сторону детализации) можно до бесконечности. Но и сказанного вполне достаточно для выведения морали: предложения А. Адамского несовместимы с реальной жизнью в той же непревзойденной степени, в какой это было характерно для любого излияния произвольно взятого трибуна перестройки от Сахарова до Попова, и крайне прискорбно, что уважаемое федеральное издание не сочло целесообразным сопроводить их хотя бы минимальным критическим разбором.

Критикуя, предлагай. Блок финансовой грамотности (а по соседству — и цифровой) было бы правильно интегрировать в курс ОБЖ, где ему самое место: невладение обоими этими предметами в современном мире влечет для индивида такую же функциональную уязвимость, как век назад — неумение читать и писать. 12—16 часов, читаемых подряд, в порядке интенсива. Девятый или десятый класс.

По итогам курса у ребенка, в точности как у трехлетки про горячее и высоту, должно сформироваться понимание базовых вещей, которое позволит не повторять хотя бы самые распространенные ошибки взрослых. Банковскую карту в руки не дают никому. Трех цифр с ее оборота никому не сообщают. Из Ц Б, полиции и собственного банка гражданам не звонят — и уж совершенно точно не звонят затем, чтобы продиктовать звонящему код из смс или вообще совершить любое действие в моменте, прямо сейчас, не вешая трубки. Кредит в жизни уместно брать либо на обзаведение жильем, если иначе никак, либо на платное лечение, если бесплатного нет — а микрозайм не следует брать ни при каких обстоятельствах, он ничем не лучше наркотиков. И еще несколько десятков предельно простых и доступных пониманию любого здорового подростка установок, следование которым обезопасит его хотя бы процентов от 90 сценариев, от которых страдают миллионы взрослых.

Когда или если причастные ведомства сумеют сделать курс финансовой грамотности таким, уверен, что его практическая эффективность не оставит желать лучшего.

Андрей Филиппов: Научиться тратить и копить одновременно

Я не могу не согласиться с Борисом Чигидиным, финансовую грамотность необходимо не только давать в школе в рамках дисциплины, но еще и правильно это делать. От себя могу лишь выразить надежду, что если часть школьных часов будут проводится банками и финансовыми организациями в формате онлайн-уроков, то было бы очень здорово на регулярной основе привлечь к этому процессу, например, Московскую и Санкт-Петербургскую биржи, так как повышение инвестиционной грамотности должно идти рука об руку рядом с грамотностью финансовой.

События прошлого года, когда ЦБ зафиксировал рекордный переток средств из вкладов в финансовые инструменты, в результате чего на рынке оказалось большое количество неквалифицированных инвесторов, показали, что о финансовой грамотности ряда наших граждан следует беспокоиться. Например, Международная конфедерация обществ потребителей (КонфОП) направляла главе Центробанка Эльвире Набиуллиной предложение обязать клиентов банков, которые хотят приобрести инвестиционные продукты или вложиться в гибридные депозиты, проходить тестирование, так как по мнению КонфОП программы инвестиционного и накопительного страхования жизни (ИСЖ и НСЖ), индивидуальные инвестиционные счета несут в себе значительные риски для потребителей. Что касается фондового рынка, то новый закон о категориях инвесторов сломал в прошлом году немало копий при его обсуждении с привлечением экспертов и участников рынка. Законодатели были убеждены, что государство должно защитить неквалифицированных инвесторов, а профучастники и финансовые эксперты уверены, что принятие закона в текущих формулировках привело бы к оттоку инвесторов на зарубежные площадки, что негативным образом сказалось бы на российском фондовом рынке. Любой фондовый рынок требует определенных финансовых компетенций и знаний, и всегда несет риск потери вложений в случае, например, попадания неграмотного инвестора к мошенникам, а не к реальному брокеру. В связи с этим, определенные базовые основы в вопросах инвестирования неплохо начинать преподавать еще в школе, чтобы в будущем человек либо приобретая профильные знания шел на фондовый рынок, либо, как минимум, имея базовые знания еще со школы, не попал к мошенникам.

В связи с этим отрадно, что в этом году в расписании сессии онлайн-уроков по финансовой грамотности, организуемых Банком России, появилась новая тема — основы инвестиционной грамотности, уроки проведут сотрудники Московской Биржи. Кстати, Банк России проводит уроки финансовой грамотности не первый год, есть даже ежегодная олимпиада, отнесенная к перечню олимпиад первого уровня. Почему именно Банк России? Дело в том, что в апреле 2020 года ЦБ РФ официально наделили функцией повышения финансовой грамотности населения. Впрочем, эта история началась несколько раньше, точнее в 2017 году, когда Правительство Р Ф утвердило Стратегию повышения финансовой грамотности в Российской Федерации на 2017−2023 годы. В Стратегии приведены некоторые текущие проблемы, в том числе проблема, связанная с недостатком доступных образовательных программ и образовательных материалов для школьников и студентов, а также с недостатком квалифицированных преподавателей̆ основ финансовой грамотности.

Кстати, кандидат педагогических наук А. Адамский, упомянутый выше моим коллегой Борисом Чигидиным, отрицая, что финансовую грамотность необходимо давать школьникам в рамках образовательной программы эту стратегию игнорирует почем зря. Ее можно и нужно критиковать, но игнорировать полностью сродни собственному непрофессионализму.

Исходя из этого можно сделать вывод, что онлайн-уроки Банка России — это очень хорошая история, но этого недостаточно, это лишь первый шаг на долгом, но перспективном пути. Онлайн-уроки должны стать дополнением к школьному предмету, а для этого нужны квалифицированные преподаватели и правильно составленная образовательная программа, отвечающая самым высоким стандартам.

Павел Иванов: Не стоит устраивать пир во время чумы

Я считаю, что финансовой грамотности нет места как отдельной обязательной дисциплине в школе. В то же самое время я совершенно не против, чтобы подобного рода небольшие курсы давали факультативами или как небольшую часть ОБЖ. Нужно понимать одну простую вещь — в массовой школе дети и так перегружены, у них пять уроков татарского языка в неделю в довесок к русскому и английскому, например. В Ростове-на-Дону совсем недавно была новость о наборе 12 первых классов по 40 учеников в каждом. У нас нет ресурсов, чтобы дети уходили из школы со сносным уровнем знаний по фундаментальным предметам, нам катастрофически не хватает учителей, постоянная чехарда со ФГОС-ами, добавляющая учителям бессмысленной работы по заполнению рабочих программ дисциплин, а вы предлагаете нам дополнительно обучать детей финансовой грамотности. Вместо того, чтобы устраивать пир во время чумы, для начала надо решать базовые проблемы с учителями, учебниками и методиками, а они не решены. Чтобы где-то что-то добавить, нужно понимать, где вы собираетесь что-то отнять взамен.


Комментарии